Пролетный гусь

Московский Художественный театр им. А.П. Чехова

по Виктору Астафьеву

 

Режиссер: Марина Брусникина

Художественное оформление: Ирина Смурыгина-Терлицки

Художник по свету: Мария Белозерцева

Музыкальное оформление: Алена Хованская, Валерий Трошин

 

Артисты: Кристина Бабушкина, Янина Колесниченко, Юлия Ковалева, Татьяна Розова, Ксения Теплова, Алена Хованская, Павел Ващилин, Алексей Красненков, Олег Тополянский, Валерий Трошин, Эдуард Чекмазов

 

Продолжительность 2 ч. 50 мин.

Возрастная категория 16+
программка

Виктор Астафьев описывает жизнь советского человека как вечное мытарство вообще души человеческой и ýже – как неуничтожимую трагедию российского бытия, которое требует от человека будничного героизма и недюжинной житейской стойкости. Отсюда в 20-летнем Данилке, вернувшемся с Великой Отечественной, пробуждаются обрывки православных молитв, неискорененная, пусть и самая неказистая мысль о Боге. Проза Астафьева, прочитанная молодыми мхатовцами, еще не разучившимися плакать и рвать на себе рубаху в самые страстные моменты, выглядит уроком выживания.



На «Пролетном гусе» испытываешь подлинный, почти забытый кайф от сюжетной литературы, когда действие льется ровно и скоро, как вода из-под крана. Без отступлений, длиннот и пауз, торопясь и всегда успевая, дюжина парней и девчат, бесконечно меняясь ролями, разыгрывает два рассказа: трагический и «жанровый».



Кульминация спектакля – последняя охота Данилы, которая становится последней попыткой спасти безнадежно больного сынишку. Неудачливый охотник, помогая себе неуклюжими страстными молитвами, ищет в потемках подстреленного гуся – мясо для целебного бульона. Человек может ощущать себя в жизни «пролетным гусем», подбитым случайно. А может – частью вечности на суровом празднике жизни. Между самоощущениями двух рассказов Астафьева – напряженная «вольтова дуга» жизни, которую хочется назвать настоящей.


журнал «Ваш Досуг»


Играют Астафьева без инсценировки, на почти пустой сцене, в простых темных одеждах, без запоминающихся мизансцен, метафор и каких-либо прочих сценических затей. Но вот под руководством Марины Брусникиной мхатовцы нашли удачный баланс между актерством и простым посредничеством между текстом и залом. Ни одно слово не глушится, не теряется, но назвать происходящее читкой язык не повернется. Режиссер делает простой, но эффектный ход: по ходу дела она отбирает роли у одних актеров и передает их другим. Поэтому персонажи совсем не сливаются с исполнителями, и текст на сцене действительно живет объемной самостоятельной жизнью. От страшной астафьевской истории не отвлечься и не спрятаться. Но речь идет не о банальной сентиментальной жалости к персонажам, а о неподдельной экзистенциальной черноте.


газета «Коммерсант»