Повесть временных лет

Театр кукол, Тольятти
Номинации на Премию 2020

Куклы / спектакль
работа режиссера (Александр Янушкевич)
работа художника (Антон Болкунов)
Галина Пьянова по мотивам одноименной летописи

Режиссер-постановщик: Александр Янушкевич
Художник-постановщик: Антон Болкунов
Композитор: Эдуард Тишин
Художник по свету: Юлия Стыдова

Артисты: Александр Свиридов, Наталья Савина, Олег Лактионов, Александр Кочудаев, Марина Гамзина, Дмитрий Герасименко

Продолжительность 1 ч. Возрастная категория 16+
номинация программка
Конечно же, к «Повести временных лет» нельзя относиться как к настоящему документу. Это увлекательное путешествие в прошлое, которое удивительным образом напоминает настоящее. Сопоставление мифологических сюжетов с сегодняшним днем – такова была моя задача. Это достаточно ироничный взгляд на то, «откуду есть пошла Русская земля, кто в Киеве нача первее княжити и откуду Русская земля стала есть».

Александр Янушкевич
Спектакль в Тольятти пахнет деревом. Художник Антон Болкунов соединяет доски, бревна и стружку с шинами, и вместе они создают скупой мир начала государственности. Безликие деревянные идолки (от слова «идол») играют роль народа. Они стучатся головами друг о друга и так разговаривают. Приглядишься в какие-то моменты – и не люди они уже, а просто кегли, у этого народа в крови притворяться неживым. Янушкевич ставит «Повесть временных лет» как «Историю одного города», с которой он дебютировал в режиссуре. Один правитель, вернее даже начальник, сменяет другого, и все они предстают типажами, стремящимися к карикатуре. Первый – Рюрик – в прямом смысле слова возлегает на царство, как йог на плоскость из иголок, он устраивается на своем народе – кто-то падает под весом этого тела. Власть деформирует всех.

«Петербургский театральный журнал», блог
История древней Руси лихо втиснута в 60 минут сценического времени. Под скороговорку Нестора трое мрачных парней делят меж собой гору стружки и, обнаружив среди древесной трухи цельные поленья, неспешно вытесывают три фигурки. Чуть позже их клоны – одинаковые, гладкие чурбаны – заполонят все пространство, являясь друг за другом: первый, второй, пятый, сотый – народ. Каждый из правителей обращается с ним по-своему: распинывает ногами, отпиливает головы, укладывает метким ударом, словно кегли. И хотя различаются власть имущие и в остальном – костюмами, пластикой, манерами, с ходу определить, кто есть кто, затруднительно. Процесс разгадывания – едва ли не главное в спектакле, важнее разве что его результат. Оттого так раздражает единственная подсказка в этом кроссворде: надпись на красной спортивной куртке одного из мужланов: «Олежа». В остальном зрителю предоставлено решить для себя, кто, скажем, припрыгивает под мажорный мотивчик в галстуке и растянутых детских колготках – инфантильный Игорь или малолетний Святослав. Решить, дабы прийти к неутешительному, всем известному выводу про перемену слагаемых в этом сегменте отечественной действительности.

Арина Шепелёва

На странице использованы фотографии Вячеслава Смирнова